Отзыв на спектакль «На полпути»

Отзыв на спектакль «На полпути»

Логика сценарного сюжета или игра актёров?

I

Для меня творчество французского драматурга  Бернара-Мари Кольтеса до сего дня было незнакомо, как, думаю и для большинства ивантеевских зрителей. С тем большим интересом мне хотелось посмотреть новую режиссёрскую работу молодого режиссёра Ильи Леонова, студента 1-го курса режиссёрского отделения ГИТИСа, которого я до этого знал как актёра ивантеевского музыкально-драматического театра и сына известных у нас в городе режиссёров Александра и Елены Леоновых. В качестве режиссёра Илья Леонов выступил впервые. Да ещё в спектакле «На полпути» по мотивам пьесы «В одиночестве хлопковых полей» Бернара-Мари Кольтеса, о котором после знакомства со сведениями из его биографии у меня сложилось впечатление, как о противоречивой и  очень неоднозначной личности. Бернар-Мари Кольтес родился 9 апреля 1948 года в городе Мец на северо-востоке Франции. Не ладил с семейным и школьным окружением, бунтовал против буржуазного уклада, путешествовал по США, Африке и Латинской Америке, в 1974-1978 годах был членом Французской Коммунистической Партии. Умер от СПИДа  15 апреля 1989 года в Париже в сорокаоднолетнем возрасте .

А вот ещё одно мнение о творчестве Кольтеса, взятое мной из Интернета: 

«Бернара-Мари Кольтеса уже привыкли причислять к списку культовых драматургов конца ХХ века. Спектакли по его пьесам регулярно появляются на сценах европейских театров. У нас же имя французского драматурга знакомо единицам.В текстах Кольтеса —яростная лирика и пронзительная жестокость. В них действуют персонажи пограничного мира — люди маргинальные, потерянные и противоречивые. Между собой их связывают непростые отношения, сближение героев неразрывно связано с опасностью, страхом одиночества, соблазнами и насилием. Кольтес помещает своих героев в пространство, лишённое моральных установок, в условия беспощадной игры на выживание. Персонажи спектакля опасливо кружат вокруг друг друга, изъясняясь недомолвками, боясь оборвать контакт, но ещё более боясь конкретно обозначить предмет общения».

II

И вот я в зале Музыкально-драматического театра в КДЦ «Первомайский» в ожидании интригующего спектакля. Сейчас мне самому предстоит получить представление о творчестве Кольтеса. Зал КДЦ  изменился.  Места для зрителей отведены только у задней стены зала, а сиденья партера покрыты плёнкой и сцена находится на необычно далёком расстоянии от зрителей. Перед началом спектакля Александр Аркадьевич Леонов предупредил зрителей, что постановка экспериментальная, молодёжная, в России эта пьеса ни разу не ставилась. На далёкой сцене раскрывается занавес и открывается как бы зал небольшого кафе. За столиками посетители, за фортепиано пианист. Звучит приятная ритмичная музыка. Ничто не предвещает появления, как чёртиков из табакерки, двух персонажей в чёрных шляпах: торговца (Семён Сюльгин) и клиента (Александр Морозов). Занавес закрывается, исчезает мираж театральной сцены, и эти два «чёртика» остаются наедине с залом и друг с другом. Сначала они практически не говорят, ограничиваясь междометиями, кивками и жестами. В нетерпении жду, когда же начнётся действие. Так на протяжении всего спектакля нахожусь в ожидании сути сюжета, но до конца спектакля рациональным мышлением не могу её постичь. А действие развивается в бесконечных спорах между героями. Сначала предметом спора становится предмет товарообмена. Торговец обещает клиенту продать ему то, чего у того не хватает и спрашивает, чего же ему надо, а клиент в ответ спрашивает, а  какой же товар есть у торговца. Затем темой споров становятся различные ситуации: например, спорят о том, можно ли ударить кого-либо из зрителей. Злодей торговец говорит,  что можно, а добрый юноша-клиент утверждает, что делать этого нельзя. Неэстетичное поведение торговца, когда он демонстрирует клиенту, что тот для него, как туалетная бумага, которой можно подтереться и раздавить её сапогом, окончательно отвращают меня от торговца и привлекают на сторону клиента. Играют оба актёра увлечённо на грани эмоционального срыва. Я задумываюсь, а стоит ли мне искать рациональную логику сценарного сюжета, может быть, она лежит в некоем неуловимом для меня иррациональном пространстве подтекста. Может быть, стоит просто эмоционально воспринимать игру актёров. Зал в некоторых местах спектакля аплодирует их игре, раздаётся даже смех, как реакция на смешные положения актёрской игры. Но чаще зрители хранят, как мне кажется, недоумённое молчание. Надо отдать должное — игра актёров увлекает.

Постепенно интуитивно понимаю, что автор хотел этой пьесой продемонстрировать борьбу добра со злом. Дальше — больше, вспоминаю закон диалектического материализма о единстве и борьбе противоположностей. Так и здесь, торговец и клиент — противоположности, но они не могут разорвать своего единства в бесконечных столкновениях. Это и есть источник развития сюжета пьесы. Может быть?

Несколько смягчает напряжённость  появление невест — симпатичных девушек, внесших  какую-то ноту лирической интонации  в черноту бессмысленных споров антагонистических героев.

Так в тяжёлых размышлениях о сюжете пьесы я провожу все 1 час 20 минут, которые длится спектакль. В конце представления на поклоны выходят и актёры, и режиссёр Илья Леонов. Вид у него, как у школьника, вызванного на педсовет для проработки за плохую успеваемость. Но к моему удивлению зал, встречает артистов и режиссёра бурной овацией. Видимо, зрители получили от спектакля удовольствие и заряд энергии..  Здесь же и родители молодого режиссёра  Александр Аркадьевич и Елена Дмитриевна Леоновы. В конце приветствия, после вручения цветов, молодой режиссёр заулыбался сначала робко, а потом всё уверенней.

Резюме подводят глава города Сергей Геннадьевич Гриднев и председатель Совета депутатов Елена Васильевна Суханова. Они мудро говорят о сложности понимания Кольтеса и новаторстве молодого режиссёра, поднявшего на ивантеевские подмостки такой сценический материал, который никто до него в России не осиливал.

 

И.В. ГРЕХОВ

Изменённый зал КДЦ Первомайсикй

Изменённый зал КДЦ Первомайсикй

Занавес открылся, а из под плёнки между кресел возникли два «чёртика»:клиент и торговец.

Занавес открылся, а из под плёнки между кресел возникли два «чёртика»:клиент и торговец.

Семён Сюльгин (внизу) и Александр Морозов (вверху)

Семён Сюльгин (внизу) и Александр Морозов (вверху)

Споры между клиентом и торговцем длились на протяжении всего спектакля

Споры между клиентом и торговцем длились на протяжении всего спектакля

Леонов впервые перед зрителями в качестве режиссёра (рядом дырявый зонтик – один из театральных реквизитов – уже смешно)

Леонов впервые перед зрителями в качестве режиссёра (рядом дырявый зонтик – один из театральных реквизитов – уже смешно)

Комитет по культуре использует интернет в Ивантеевке от провайдера Ивстар.